Срочная новость

Срочная новость

Ян Эгланд: "в 21 веке пойдет борьба за свободу ума"

Сейчас воспроизводится:

Ян Эгланд: "в 21 веке пойдет борьба за свободу ума"

Размер текста Aa Aa

“Если вы смотрите эту передачу “I talk”, вы, скорее всего человек. И в этом случае у вас есть права. Кто определяет эти права и кто их отстаивает? На ваши вопросы отвечает Ян Эгланд, один из руководителей правозащитной группы “Хьюман райтс уотч” и глава ее европейского подразделения. Задают вопросы телезрители и наш ведущий Алекс Тейлор.

Вопрос: “Добрый день, я – Лоик из Брюсселя. Хотел бы узнать, как работает организация “Хьюман райтс уотч?” Чем конкретно в ней занимаются?”

ЯЭ: “Речь идет о международной правозащитной организации, которая занимается изучением случаев нарушения прав человека, расследует эпизоды насилия, жестокости, беззакония. Мы публикуем результаты наших расследований, таким образом, о происходящем может узнать каждый. И затем, конечно, мы выступаем за перемены, за возвращение в лоно закона, за то, чтобы права каждого соблюдались бы бы в полном объеме”.

АТ: “ Как вы можете быть уверены, что вам рассказывают правду? Ведь люди могут просто придумать, приукрасить…”

ЯЭ: “ Ну, во-первых, наши сотрудники – это лучшие из лучших. Люди, ведущие дела, – настоящие специалисты по тому или иному региону. Потом, для проверки фактов они отправляются в страну, откуда поступает сигнал – в Сирию, к примеру, или в Россию, в Южную Африку, в Китай. Они бывают везде, где идут войны, где отмечена дискриминация и нарушение прав человека. Они интервьюируют сотни людей, на основе их показаний мы публикуем наши отчеты, каждую неделю новые. Пресс-релизы выверены до последней запятой, мы должны быть абсолютно уверены в том, что сказанное и обнародованное нами – правда. В этом наша сила: описываемые события мы видели, мы осязали и обоняли, мы были там”.

АТ: “Ок, действительно, на сайте вашей организации можно прочитать отчеты экспертов. А вот на сайт “Евроньюс” только что поступил вопрос от Бертрана из Парижа. Итак, о какой правозащитной проблематике европейские СМИ не говорят? Нам, гражданам ЕС, ничего не стоит подправить в своем доме?”

ЯЭ: “Мы обеспокоены ухудшающейся ситуацией с правами человека во многих европейских странах. То есть да, ситуация не безупречная. В двух словах, речь идет о дискриминации национальных меньшинств и о положении мигрантов. Этим людям стало намного сложнее, их больше притесняют в разгар кризиса”.

Вопрос: “Добрый день, меня зовут Мантор, я из Бельгии, косовар по происхождению. Меня волнует ситуация вокруг изнасилований в Индии. Что индийские власти делают для решения проблемы? И что мы, европейские граждане, в силах сделать,чтобы положить конце насилию?”

АТ: “Как европейцы могут отреагирвоать на то,что происходит с индийскими женщинами, о чем нам всю прошлую неделю говорили в новостях?”

ЯЭ: ““Сделать можно немало. Сегодня Старый Свет готовится к ежегодному событию – Диалогу Европы и Индии. В рамках этого мероприятия обсуждается широкий круг проблем, в том числе и правозащитная тематика. На этой встрече, мы считаем, ЕС должен настаивать на том, чтобы Индия не только имела необходимые законы для защиты прав женщин, но и исполняла бы их. Индийская законодатльная база вполне крепка . Проблема не в отсутствии законов, а в том, что нам практике коррумпированная полиция, коррумпированные суды и политики не исполняют их должным образом. Мы видели на примере этих ужасных изнасилований, как некоторые политики и религиозные лидеры винили самих женщин в случившемся. Это недопустимо. В Индии, как и во многих других странах, следует начать менять общественное мнение для того, чтобы защитить наконец права женщин”.

Вопрос: “Добрый день, меня зовут Сабрин, я из Бельгии. Итак, арабская весна стала важным этапом для демократизации региона, но в том, что касается улучшения прав женщин, большого прогресса нет. Ваше мнение по этому поводу?”

ЯЭ: “Мы очень критично настроены в отношении ситуации с правами женщин в Саудовской Аравии, стране, которая пытается насаждать подобное мировоззрение и в других государствах…”

АТ: “Но они прислушиваются к вам? Им не все равно, как вы оцениваете положение их женщин в обществе? Как известно, в Саудовской Аравии женщине по-прежнему запрещено водить машину?”

ЯЭ: “Мы действуем, указывая на проблему, привлекая внимание к женщинам в Саудовской Аравии или Египте, где сейчас полным ходом идет борьба ценностей. Так вот, мы пытаемся помочь женщинам отстоять свои права. Идет ли речь о Саудовской Аравии, Египте или Сирии, мы должны пролить свет на все нарушения, мы должны помочь женщинам получить равные с мужчинами права”.

Вопрос: “Здравствуйте, я Лола, живу в Бельгии. Меня интересует, как конкретно женщины в развивающихся странах пытаются изменить условия своей жизни ?”

ЯЭ: “Мы отмечаем, что все больше стран открывают для женщин дорогу к получению образования. Никогда еще мы не фиксировали такого числа девочек и девушке, записанных в школы и высшие учебные заведения. Во многих странах Африки, Азии и Латинской Америки раньше было невозможно участие женщин в политике. Теперь ситуация там меняется. Разумеется, о равенстве с мужчинами говорить рано. Женщин по-прежнему дискриминируют и на рынке труда, и в политике, и в образовательном секторе”.

:
АТ: “Вы давно и много занимаетесь правозащитной проблематикой. На ваш взгляд, какие вопросы нужно решать в приоритетном порядке в 21 веке?”

ЯЭ: “Ну, у нас есть еще целый багаж нерешенных, старых проблем… таких как пытки, самосуд и прочее. Сегодня за всем этим в той или иной степени мы наблюдаем в Алжире, Мали и особенно на примере сирийской войны. Усилия правозащитников нового поколения во многом сосредоточены на обеспечении свободы информации, свободного доступа к интернету в частности. Интернет – важный механизм для раскрепощения людей. Однако одновременно – это площадка.для распространения лживых обвинений, фальшивых данных. Так что я думаю, что правозащитная деятельность в будущем будет лежать в этой плоскости – борьба за свободу ума, свободу доступа к информации. Вот это мы и будем отстаивать”.