Срочная новость

Срочная новость

Пролог к году Вагнера в "Ла-Скале"

Сейчас воспроизводится:

Пролог к году Вагнера в "Ла-Скале"

Размер текста Aa Aa

В следующем году музыкальный мир отметит 200-летний юбилей со дня рождения великого немецкого композитора Рихарда Вагнера. Постановка оперы “Лоэнгрин”, в которой рыцаря-лебедя, хранителя Святого Грааля воплотил знаменитый немецкий тенор Йонас Кауфман, стала своеобразным прологом к этому событию.

“Я впитывал Вагнера чуть ли не с молоком матери, – рассказывает Кауфман. – Он постоянно звучал фоном в моем детстве. Когда вы получаете эту музыку по капле, она глубоко укореняется в вас. Позже, когда я слушал Вагнера, я открывал много нового, воспоминания, которые я считал давно утраченными, снова возвращались”.

“Лоэнгрин” открыл новый сезон во всемирно известном оперном театре “Ла Скала” в Милане. За дирижерским пультом – музыкальный руководитель Даниэль Баренбойм.

На сцену “Ла Скалы” мечтает выйти каждый артист. Йонас Кауфман до сих пор хорошо помнит свое первое выступление в Милане:

“Это был, безусловно, чрезвычайно важный момент для меня. Я помню то мгновенье – перед тем, как поднялся занавес и зазвучала увертюра, – я подумал: “Боже мой, я здесь, на сцене “Ла Скалы”.

Вагнер называл “Лоэнгрин” своей самой печальной оперой. Это – история о доверии и поиске истины.

Дочь герцога Брабанта Эльзу несправедливо обвиняют в убийстве брата. Ей на помощь приходит незнакомый рыцарь, но предупреждает, что она никогда не должна спрашивать его имя. Однако Эльза все-таки задает роковой вопрос, поэтому ему приходится уйти навсегда.

Партия Лоэнгрина считается очень сложной для исполнения, так как этот образ разрывается между своей миссией и чувствами.

“Есть моменты, когда герой появляется внезапно, как молния, – две-три жесткие холодные фразы, – говорит Йонас Кауфман. – А затем он снова становится влюбленным, человеком, который хочет защитить Эльзу. Но его миссия все больше отходит на задний план, уступая место чувствам. Мне нравится сложность этого характера. Я думаю, играть безупречных супергероев очень скучно. Гораздо интереснее играть кого-то, в ком сочетаются различные черты, кем движут эмоции. Лично для меня один из самых прекрасных моментов – в конце оперы, когда лебедь возвращается. Это настолько хрупко, мягко, нежно – от гламура и славы героя не осталось ничего кроме маленького человека, понимающего, что он потерпел поражение”.

Bonus interview: Jonas Kaufmann