Срочная новость

Сейчас воспроизводится:

Сергей Лавров: "В сирийской войне победителей не будет"


Мир

Сергей Лавров: "В сирийской войне победителей не будет"

В последние недели мировые СМИ активно писали о России, о ее позиции в отношении сирийского кризиса, о взаимоотношениях с ЕС, о реакции Москвы на принятие в США “закона Магнитского”.
Наш корреспондент Александр Шашков встретился с министром иностранных дел России Сергеем Лавровым, который пояснил российскую позицию по этим актуальным вопросам.

Евроньюс:
Господин министр, какую из тем саммита Россия-ЕС Вы бы выделили как наиболее актуальную?

Лавров:
Традиционно энергодиалог у нас является становым хребтом нашего сотрудничыества, если можно так выразиться. Это достаточно продвинутая форма взаимодействия, доверительная форма взаимодействия, которая охватывает самые разные аспекты энергобезопасности Европы. Зафункционировал уже Северный поток, обе ветки, есть возможность строить и дополнительные, начато строительство Южного потока, многие страны Евросоюза уже объявили его своим национальным проектом, так что думаю мы движемся достаточно уверенно в направлении повышении энергобезопасности европейского континета в целом.

Евроньюс:
То есть, основная тема этого саммита – экономические вопросы?

Лавров:
Из экономических вопросов, конечно, мы еще обсудим – это более широко, чем просто экономическая тема – ситуацию с новым Базовым соглашением. На данном этапе мы не можем пойти дальше, чем было условлено при вступлении в ВТО, но на последующих этапах, и об этом президент Путин неоднократно говорил, мы готовы двигаться и в сторону зоны свободной торговли, и к более глубоким формам интеграции, и, в принципе, наш руководитель выдвинул идею создания единого экономического и человеческого пространства от Антлантики до Тихого Океана. Еще одна тема, которая весьма и весьма перспективна – сотрудничество во внешнеполитическрой сфере, прежде всего в сфере кризисного регулирования.

Евроньюс:
Сейчас основной кризис мировой это, наверное, сирийский кризис. В какой-то степени совпадают, меняются позиции ЕС и России вокруг этого кризиса после того, как оппозиция объединилась, Франция признала объединенную оппозицию, Соединенные Штаты?

Лавров:
На данном этапе я все-таки считаю, что более реалистичной выглядит позиция, которая требует от обеих сторон немедленного прекращения насилия и начала переговоров без предварительных условий. Мы такую позицию занимаем с самого начала, последовательно, мы работаем и с режимом, мы работаем и со всеми группами оппозиции без исключения, и говорим им одно и то же: ребята, вы должны подумать о своем народе, о своей стране, договоритесь о прекращении огня, садитесь за стол переговоров, назначайте делегации, которые будут эти переговоры вести и договаривайтесь о том, какой переходный механизм от прежней системы к чему-то новому, более демократическому, более открытому будет нужен для вашего государства. Наши западные патнеры, к сожалению, ставку делают исключительно на победу опппозиции и говорят при этом, что если бы Асад ушел, то тогда переговоры можно было бы начинать. Ну, надо выбирать приоритеты. Если приотритет – спасение жизней, то надо усаживать их за стол переговоров без предварительных условий. Если приоритет – свалить Башара Асада, то тогда, значит, надо исходить их того, что это потребует еще какого-то времени и значительного количества новых и новых жертв среди простых сирийцев. Попытки представить дело таким образом, будто Россия ему только скажет, так он тут же и уйдет, это абсолютно провокационные попытки с негодными средствами. Все прекрасно знают, что от нас это не зависит.

Евроньюс:
Но Вы допускаете возможность победы оппозиции, ухода Башара Асада?

Лавров:
Знаете, в этой войне победителей не будет. Идет война на взаимное уничтожение. Просто жуткие вещи происходят в последние дни вокруг и внутри лагеря палестинских беженцев. Палестинцев пытаются втянуть в эту внутреннюю междоусобицу. Палестинцы расколоты, часть из них – за режим, часть из них – за оппозицию, причем за одну из групп оппозиции или другую группу оппозиции. Эта воронка засасываеи все глубже и глубже все новые и новые слои населения, включая теперь уже и палестинских беженцев. Не будет побелителей в этой войне и, я думаю, все прекрасно это понимают. Но, единожды сказав – с Асадом никаких разговоров, просто люди, наверное, сами загнали себя в ловушку и не знают, как из нее выйти. Война на истощение? Знает история такие случаи, но ничем хорошим это никогда не кончалось.

Евроньюс:
А Россия готова признать объединенную сирийскую оппозицию?

Лавров:
Нам не надо признавать никого, мы работаем со всеми без исключсения оппозиционными группами, которые представляют определенные группы сирийской оппозиции. Так же будем работать, готовы работать с Национальной коалицией, с любой другой конфигурацией, которая возникнет на этом поле политическом, со стороны оппозиции. Главное не в этом, не в том, чтобы признавать, главное в том, чтобы всех толкать в одном направлении. А если признание какой-то одной группы используется с единственной целью – поставить на эту группу и деньги, и оружие, и морально-политическую поддержку, ну, значит, тогда это вмешательство в конфликт на стороне одной из групп.

Евроньюс:
Еще одна тема, которая сейчас весьма актуальна и, наверное, портит отношения России с ее западными партнерами, это принятый США закон Магнитского. Сейчас обсуждается в Думе ответная реакция. С Вами консультировались, с МИДом, по поводу ответной реакции на закон Магнитского?

Лавров:
То, что наши парламентарии отвечают – это, я считаю, абсолютно естественно. Отвечают они не по принципу “мы тоже найдем какую-нибудь нерешенную проблему, незавершенный процесс судебный и тоже вмешаемся в ваши внутренние дела” – нет. Они отвечают по конкретным фактам, которые уже закрыты американским правосудием, как, например, факты оправдания или наказания лишь условными сроками с освобождением в зале суда американских граждан, которые убивали, насиловали или просто издевались над приемными детьми из России.

Евроньюс:
Но означает ли это, что нужно полностью запрещать право усыновления российских детей американскими семьями, тем более, что сейчас депутаты придают расширительное значение этому закону?

Лавров:
Если мы прекратим усыновление, это означает только одно, что мы должны денонсировать соглашение с американцами о сотрудничестве в области международного усыновления. Если мы его денонсируем у нас не будет никакой правовой возможности требовать доступа к нашим детям. Хотя бы только поэтому я бы не стал так далеко идти в нашей реакции.

Евроньюс:
Какова будет реакция России, если одна из стран ЕС или несколько стран присоединятся к закону Магнитского?

Лавров:
Это опять же, выбор, как в случае с Сирией. Что является приоритетом? Спасти жизни или свергнуть режим? Здесь то же самое: если целью является достижение конкретных улучшений в правозащитной области, то надо работать спокойно, конкретно и без всякого шума. Если целью является именно пошуметь, то тогда надо так и сказать: я хочу пошуметь, я результата добиваться не хочу.

Евроньюс:
Спасибо, господин министр, что уделили нам время.