Срочная новость

Золотая лихорадка в Румынии

Сейчас воспроизводится:

Золотая лихорадка в Румынии

Размер текста Aa Aa

Здесь содержатся крупнейшие месторождения золота в Европе. Калин Пал завел нас очень глубоко, в самое сердце “Красной горы” или “Рошия Монтанэ”, как ее называют в Румынии.

В связи с экономическим кризисом, цены на золото стремительно растут. Международные компании разрабатывают проекты по открытию новых золотых рудников в Испании, Португалии, Словакии, Греции, Северной Ирландии и Румынии.

Проект “Рошия Монтанэ” – один из самых спорных из-за огромных размеров площади предполагаемых работ, воздействия на окружающую среду и в связи с археологическими находками времен Римской империи, обнаруженными на месторождении, открытом 2 тысячи лет назад.

Руководитель группы Калин Пал следит за ходом работ по сохранению той его части, туннели в которой выкопали еще его предки – римляне:

“В нашей семье до меня было по крайней мере три поколения шахтеров – мой прадед, дед, отец. И я надеюсь, что следующие десять поколений также будут горняками”.

Большинство местных жителей разделяют взгляды Калина. Они хотят, чтобы канадский инвестор начинал взрывать и копать. Противники проекта предупреждают, что большинство римских галерей из-за этого будут уничтожены. Чтобы ослабить напряженность, Gold Corporation инвестирует миллионы евро в преобразование по крайней мере части римских галерей в увлекательный подземный музей. Здесь работают археологи со всей Европы:

“Лучше всего о себе говорят формы галерей, – рассказывает румынский археолог Роберт Хорват. Когда они геометрические, мы понимаем, что они относятся к древнеримскому периоду. Мы находим здесь деревянные лестницы древнеримского типа, ниши для ламп. Мы знаем, что средневековые шахтеры использовали другие формы”.

Рабочие собирают ведрами пыль веков, чтобы Роберт из Румынии и Хавьер из Барселоны могли составить карту исторических галерей.

“Очень интересно работать в шахте эры древних римлян, – говорит испанский археолог Хавьер Гонсало. – Редкие археологи получают такой шанс в жизни. Это мой первый опыт подземной археологической работы в шахте, которой 2 тысячи лет”.

С 1998 года в Румынии было закрыто 550 рудников, 80 тысяч человек – уволено. Шахты коммунистических времен не соответствуют современным требованиям по защите окружающей среды и правилам ЕС о конкуренции.

С появлением канадского инвестора безработные шахтеры связывают большие надежды. Оппоненты считают, что в румынских карманах останется лишь малая часть прибыли. Это не так – утверждает представитель компании Каталин Хозу:

“Это крупнейшее месторождение золота в ЕС: более 300 тонн. Инвесторы предлагают вложить более 2 миллиардов долларов. Прибыль Румынии составит более 4 миллиардов, то есть более половины предполагаемых доходов. Кроме того речь идет о создании тысяч рабочих мест”.

Чтобы развеять опасения по поводу риска загрязнения этой долины цианидными отходами, компания разработала проект плотины, способной выдержать 8-балльное землетрясение. Противники проекта говорят, что он изменит лицо всего региона.

“Весть этот район будет уничтожен: долина Корна, где еще живут 40 семей, две церкви, кладбища, – рассказывает Сорин Юрка из культурного фонда “Рошия Монтанэ”. – Компания хочет построить большую плотину, и на 600 гектаров раскинется озеро. Если они возведут плотину, это место будет стерто с лица земли”.

Большинство местных жителей согласились переселиться в районный центр Алба-Юлия, расположенный в 70 километрах. Компания потратила около 30 миллионов евро на строительство нового микрорайона на окраине города – там возведено 125 современных домов и церковь.

Но, вернемся в горы. Там мы познакомились с цыганской семьей Пантир. В коммунистические времена у них был стабильный доход, работа на шахтах. Сейчас все иначе.

“Если проект откроют, то я думаю, всем найдется работа. Будет хорошо. А если нет, люди умрут с голоду”, – говорит бывший шахтер Антон Пантир.

Сын Антона, Доринел,несколько раз встречался с представителями местных властей. В числе 480 человек, нанятых компанией, оказалось лишь 30 цыган. Доринел считает, что это не справедливо:

“Gold Corporation должна говорить с нами напрямую, а не через людей местного мэра. Нам нужно создать комитет и подписать с Gold Corporation протокол, чтобы они взяли на работу хотя бы одного человека из каждой цыганской семьи”.

Упадок горной промышленности привел к очень высокой безработице в регионе: 80% от общего числа трудоспособного населения не имеют никаких доходов. Молодежь уезжает.

Иоан Каталина – последний частный золотоискатель. Он пошел по стопам деда, который при коммунистическом режиме в 50-е годы как-то испытал настоящий ужас, когда к нему и его товарищу пришли сотрудники спецслужб:

“Агент из “Секуритате” крикнул им: “Лицом к стене!” Он стал трясти пистолетом: “Я могу застрелить вас на месте, но даю вам последний шанс”. Им пришлось уничтожить их оборудование”.

Красная вода, текущая из старой галереи, мертва. Рыба в ней гибнет. Gold Corporation построила станцию водоочистки. В рамках пилотного проекта высокотехнологичной лаборатории были совмещены традиционные технологии и нанофильтры. Компания предлагает очистить не только свои сточные воды, но и отходы из прошлых веков.

“Это очень старые загрязнения, может быть столетней давности, – рассказывает Каталин Хозу. – В воде много кислот, но ее можно очистить. И наша станция это подтверждает. Вот – результат: чистая вода, которую можно пить”.

Еуджена Давида это не впечатляет. Его земельные угодья расположены между двумя планируемыми участками открытых горных работ. Он – один из самых горячих противников проекта. Он считает, что регион должен получить устойчивое развитие за счет сельского хозяйства и туризма. А высокотехнологичные очистные сооружения он называет “отравленным яблоком”:

“Совсем не обязательно вырывать 500 миллионов тонн горных пород и использовать сотни тысяч тонн цианида, чтобы решить проблему загрязнения небольшой реки “Рошия Монтанэ”.

Опросы показывают, что на национальном уровне большинство – против реализации проекта, а местные жители – за. В бедных цыганских селах надеются, что возобновление добычи позволит им лучшить условия жизни.

“Когда здесь закрылись шахты, у нас, цыган, начались проблемы с полицией, – говорит цыганка Илеана Тика. – Иногда мы подбираем какое-то железо. Они заводят дела. Но нам нужно кормить детей, купить буханку хлеба”.

“Среди нас много разнорабочих, но в один день работа есть, на другой – нет ничего, – жалуется Михай Валентин Пинтя. – Мы поддерживаем проект, мы надеемся найти там работу. Я люблю работать – посмотрите на мои руки. Скоро у меня будет ребенок, мне – 20 лет, я женат, я должен заниматься семьей, добывать еду”.

“Мы умоляем министра окружающей среды принять проект, чтобы у нас была работа!” – взывает Феличия Петака.

Ремонт зданий в районе “Рошия Монтанэ” означает возможности трудоустройства уже сегодня. Компания обещает, что когда откроются шахты, людей на работу будут нанимать в первую очередь на местном рынке труда.

Но когда начнется “золотая лихорадка”? Существуют политические препятствия. Падение правоцентристского правительства и назначение левого премьер-министра Виктора Понты, который критический относится к проекту, привело к падению акций Gold Corporation, и акционеры сократили бюджет.

“Много людей получат здесь работу, много денег пойдет в государственный бюджет, – обещает Драгос Танасэ, генеральный директор Rosia Montana Gold Corporation. – Всем этим людям нужно решение по проекту. Терпение на исходе, средства ограничены. В какой-то момент нам придется все свернуть. Правительство должно принять решение прямо сейчас”.

Приближаются выборы. Некоторые наблюдатели полагают, что решение по многомиллиардному проекту может быть принято сразу после них.

По дороге на репетицию местного шахтерского хора отец Калина останавливается, чтобы поговорить с сыном.

“Шахты важны, потому что тогда мы получим работу дома и нам не придется ехать за границу и работать на иностранцев”, – говорит Калин Пал .

“Сын, я горжусь тем, что ты следуешь рабочей традиции наших предков и зарабатываешь на жизнь здесь, в родных краях”, – признается Мирча Пал.

Итак, наступит ли “золотая лихорадка”? Решение властей может радикально изменить жизнь людей в этой части Европы.