Срочная новость

Сирийские беженцы ищут спасения в Иордании

Сейчас воспроизводится:

Сирийские беженцы ищут спасения в Иордании

Размер текста Aa Aa

Каждый день сотни сирийских беженцев пересекают границу с Иорданией. Они спасаются от волны насилия, которая захлестнула их страну. Этот исход приобретает всё большие масштабы, но об этом очень мало говорят и пишут.
«Прямо к дому подъехали танки, и они начали стрелять. Мы с мамой сразу убежали, а папа нас разыскал уже потом».
«Военные прибыли на машинах скорой помощи. И вместо того, чтобы спасать раненых, они принялись стрелять в нас… Когда в Хомс прибыли наблюдатели, они прекратили артобстрелы, но мы всё равно не могли выйти из дома, потому что стреляли снайперы».
«Когда пришли военные, они арестовали мужчин, и угрожали женщинам и детям, и нам пришлось бежать под угрозой смерти».
Такие рассказы можно каждый день услышать на иордано-сирийской границе. До города Дераа, ставшего колыбелью сирийских восстаний, отсюда всего 5 километров. Ежедневно от 100 до 400 сирийцев пересекают её незаконно, то есть без документов.
Только небольшая часть этих людей, оказавшись в Иордании, обращается за помощью в международные гуманитарные организации. Остальные находят пристанище у родственников, друзей или среди общины. Здесь по-прежнему сильны родоплеменные отношения между людьми, живущими по разные стороны границы, проложенной в двадцать третьем году между территориями, оказавшимися под французским и британским протекторатом.
«Мы не располагаем точной информацией, поскольку обе стороны – сирийские власти и оппозиция – выдвигают свои цифры.
А проверить их очень трудно, потому что сирийцы разбросаны по всей Иордании, здесь очень тесные связи между народами, как в социальном, так и в экономическом плане».
Вблизи деревни Рамта расположены два транзитных центра Эль-Башабшех и Сайбер-сити, где беженцы на протяжении нескольких недель могут получать помощь от международных неправительственных организаций. Серьёзную помощь им оказывает и население Иордании.
«Народ Иордании демонстрирует щедрость и гостеприимство. Для многих беженцев здесь выделяют специальные дома, это происходит с прошлого года, когда начался кризис. В таких домах живут сейчас многие сирийцы. Но для тех, кого не смогли принять, и кто не может снимать жильё, мы находим пустующие дома. Здесь целый комплекс зданий, и мы создаём тут для беженцев специальный центр».
Иорданские власти всеми силами стремятся не допустить появления настоящих лагерей для беженцев, как из гуманитарных соображений, так и в силу политических причин. Это затрудняет подсчёт количества беженцев, и даже официальные данные могут не отражать реальную картину.
«В других странах беженцы остаются в специальных лагерях, но в Иордании применяют подход, который уже хорошо зарекомендовал себя для иракцев, они смогли здесь интегрироваться. В Турции им сложнее, там говорят на другом языке, а в Иордании у многих есть родственники, здесь живут те же племена».
Число сирийских беженцев резко выросло за последние недели: за сутки границу нелегально пересекают от 70 до 300 человек, многим из них требуется помощь. С начала кризиса в Иорданию бежали по меньшей мере 100 000 человек, четверть из них дети.
«Как только они прибывают, мы помогаем детям вернуться к нормальной жизни. В этом центре мы стараемся помочь им забыть то, что они перенесли. Им пришлось в спешке покинуть свои дома, семьи, друзей, они оказались в незнакомой обстановке… В нашем центре они учатся, играют, что позволяет в это время их родителям немного успокоиться, отдохнуть и планировать дальнейшие действия».
Эта сирийка вместе с мужем и шестью детьми покинула свою страну 9 месяцев назад. Она говорит, что хотела избавить своих детей от ужасов войны. В Аммане они снимают жильё у местной жительницы, которая уехала в Саудовскую Аравию и согласилась сдать им квартиру всего за 160 евро в месяц, что намного ниже рыночной стоимости. Фатима зарабатывает на жизнь тем, что готовит еду для соседей, а её муж перебивается случайными заработками.
«Мой муж берётся за любую работу, порой он даже плотничает. Но работа то есть, то нет».
Большинство сирийцев, прибывающих в Иорданию, не имеют здесь официального статуса, а считаются «гостями». Социальные связи, которые упрощают работу гуманитарных организаций, позволяют также иорданскому правительству сохранять за сирийцами это неопределенное состояние «гостей», а также избежать излишнего внимания СМИ к этой ситуации.
«Иордания соседствует с рядом кризисных зон на Ближнем Востоке: Ирак, Сирия, Палестина, и мы не хотим, чтобы на нас обрушивались всё новые волны беженцев».
Помимо экономических трудностей, связанных с наплывом беженцев, эта ситуация имеет и важный политический аспект. Массовый наплыв в страну эмигрантов — палестинцев, иракцев, сирийцев, может привезти к межэтническим трениям. Кроме того, существует и угроза возникновения межконфессиональных конфликтов. Если в Сирии к власти придут Братья-Мусульмане, это может повлиять и на расклад политических сил в Иордании.
«Это следствие арабской весны и роста влияния Братьев-мусульман в арабском мире. Их целиком поддерживают Турция и Катар. Саудовская Аравия предпочитает оказывать поддержку салафитам. В Сирию стекается немало джихадистов, для них именно Сирия стала сейчас местом для джихада».
Существует опасность, что в Сирии сложится та же ситуация, что в Ираке. Многие сирийцы это ясно понимают. Хагим, его жена и 6 их детей, покинули страну два месяца назад. Хагим подчёркивает, что Сирия по-настоящему светское государство, где исторически сформировалось мультикультурное общество.
«Нас в Сирии двадцать три миллиона человек. Двадцать три миллиона суннитов, шиитов, алавитов, курдов, христиан, друзов. Но Башар Асад стравил всех друг с другом. Я сам суннит, шиит, друз, курд, христианин. Я исповедую любую религию, которая уважает человека».
Этот сириец, как и большая часть населения, не хочет исламизации своей страны, он хочет, чтобы общество оставалось мультикультурным.
Но ситуация в Сирии взрывоопасна, и это может вывести из равновесия весь регион. Если здесь начнётся крупномасштабная гражданская война, Сирия может распасться на этнические моноконфессиональные микро-государства.