Срочная новость

Сейчас воспроизводится:

"Это была настоящая дипломатическая бомба"


Мир

"Это была настоящая дипломатическая бомба"

Интервью Паскаля Фонтена в связи с 60-й годовщиной декларации Шумана

Ровно 60 лет назад в этом месте зародилась Европа. Мы находимся в гостинной с часами во французском министерстве иностранных дел. Именно здесь Роберт Шуман выступил с декларацией, заложившей основы Европейского сообщества.

9 мая 1950 года в присутствии приглашенных журналистов глава французской дипломатии обращается с призывом к вчерашнему врагу, к Германии.

Он предлагает объединить производство угля и стали двух стран, продуктов используемых в военной промышленности.

Более того, Шуман предлагает, чтобы этим совместным производством управлял наднациональный орган. И также он призывает все заинтересованные страны присоединяться к этой затее.

Через год шесть стран создадут Европейское объединение угля и стали. Самую первую модель Европейского сообщества, в которое сегодня входят 27 стран.

Чуть позже мы зададим вопросы специалисту по этому первому этапу европейского строительства, а пока короткий отрывок из знаменитой декларации Шумана:

“Франция всегда ставила себе главной целью служение миру. Европа не была выстроена, и случилась война. Европа не будет выстроена разом и полностью. Она будет строится благодаря конкретным делам, создав прежде всего фактическую солидарность”.

ЕВРОНЬЮС:

“Паскаль Фонтен, вы специалист по европейскому строительству. Вы были последним помошником Жана Монне, к которому мы еще вернемся. Но для начала, я хотела бы вернуться к нескольким дням и даже часам, предшествовавшим объявлению проекта объединения угля и стали. Все решилось быстро и в строгом секрете…”

ПАСКАЛЬ ФОНТЕН:

“Совершенно верно. Можно даже сказать что 9 мая 1950 года была взорвана настоящая дипломатическая бомба, неожиданная и для правительств, и для прессы, и для европейских политических кругов.
Канцлер Германии Аденауэр был проинформирован накануне вечером тайным эмиссаром министра Шумана, и утром ответил согласием. Так что Роберт Шуман мог сказать своим коллегам по кабинету министров: “Германия согласна”. И лишь американцы заранее знали обо всем на самом высоком уровне.

Для Жана Монне и Робера Шумана революционная суть этой дипломатической инициативы на самом деле требовала эффекта внезапности, поскольку из-за традиций дипломатии, или, скажем, привычек госканцелярий, часто случалось, что проект, заявленный слишком рано, в результате получался усеченным. А значение плана Шумана было в силе революционных принципов, которые устанавливались в Европе”.

ЕВРОНЬЮС:

“Но почему Шуман, почему например не Жорж Бидо, в то время премьер-министр?”

ПАСКАЛЬ ФОНТЕН:

“Робер Шуман получил документ через начальника своей канцелярии Бернара Клапье, который сыграл очень важную роль в этом деле, и сразу понял политическое значение этой инициативы и сказал: “Я займусь этим делом в политическом плане, это будет моей зоной ответственности.

Робер Шуман выходец из Лотарингии. Он сам, его семья на себе испытали все драмы, все парадоксы франко-германского противостояния. Он был вынужден в молодости сражаться в немецкой армии. Все это для него было личной трагедией. Он был пламенным французским патриотом, человеком чести, сторонником примирения, и он воспринял эту миссию как священную”.

ЕВРОНЬЮС:

“Но был еще один человек, остававшийся в тени, который, по вашим словам, все это придумал -Жан Монне. В то время он возглавлял комиссию по планированию, задачей которой было восстановление французской экономики после войны. Проект объединения, действительно его идея?”

ПАСКАЛЬ ФОНТЕН:

“На самом деле он придумал наднациональность. В свои записи от 3 августа 1943 года в Алжире, где он был членом Временного правительства Французской республики, он включил примечательный документ, в котором говорилось, что после войны государства не смогут восстановиться на основе национального суверенитета, как прежде. Нужно будет, чтобы они объединили свои суверенитеты, потому что Европа будет слишком мала, потому что нужно будет найти способ мирного сосуществования, потому что потребуется вдохнуть силу в настоящую европейскую сущность. Он называл это Европейской федерацией. И проект Шумана от 9 мая 50 года – это на самом деле первый этап этого европейского проекта. И Жан Монне рассматривал его именно так. Он воспринимал эту идею Верховного управления угля и стали не как дополнительный технический орган, но как федеральный остов, основу более глобальной конструкции, которая будет быстро развиваться и которая в результате привела к той Европе, что мы знаем сегодня”.

ЕВРОНЬЮС:

“Это происходило в разгар холодной войны. Годом ранее вслед за ГДР была создана ФРГ. Вот вот должна была начаться Корейская война. Не эта ли свинцовая обстановка сделала возможной осуществление европейской мечты, мечты, которую лелеял еще Виктор Гюго?”

ПАСКАЛЬ ФОНТЕН:

“Да, действительно холодная война стала определяющим фактором. В то время Западная Германия являлась ставкой в большой политической игре. И Америкнцы хотели чтобы Западная Германия быстро перевооружилась и из фактора холодной войны превратилась в активного члена Атлантического альянса. Но французы, естественно, опасались возвращать Германии составляющие ее суверенитета без каких либо гарантий.

Так что это решение оказалось очень удачным. Благодаря ему удалось разом решить все проблемы. Во-первых Францией решалась задача по определению статуса Германии. Во-вторых урегулировались проблемы производства угля и стали, проблемы Рура и Саара, которые еще оставались предметом спора между Францией и Германией. Это была первая фаза конкретного разграничения Европы и конкретного строительства Европы. И, учитывая холодную войну, это демонстрировало, что Запад организуется, и что эта зарождающаяся европейская федерация станет опорой Атлантического альянса в Европе и не допустит, чтобы пропанганда, или, скажем, советская угроза воздействовали на общественное мнение в Германии и за ее пределами”.

ЕВРОНЬЮС:

“Много говорилось о методе Монне: двигать вперед Европу через конкретные проекты. Не дошло ли это до своего предела? Был создан единый рынок, Европа без границ, евро. И сегодня создается впечатление, что все, топливо кончилось”.

ПАСКАЛЬ ФОНТЕН:

“Мне так не кажется, у меня противоположное мнение. Не надо забывать, что человечество выросло с 3 миллиардов в 1950 году до 6 миллиардов сегодня. И эта маленькая Европа, которая когда то была хозяйкой мира, может оказаться на обочине дороги, оплакивая свое падение. Чтобы остаться игроком на мировой арене ей необходимо собрать силы. Не во всех областях, но на главных направлениях. Раньше это были сталь и уголь, внутренний рынок, безопасность, правосудие, окружающая среда, валюта, а вскоре несомненно будет глобальная экономика. Я думаю, что так Европа справится, поскольку, как говорил Жан Монне, другого выбора нет. Другой выбор – оказаться в маргиналах, и никто ничего не может предложить кроме европейской идеи, даже если ее осуществление иногда сталкивается с трудностями. Ну что же, часто трудности помогают двигаться вперед”.