Срочная новость

Срочная новость

Жак Делор: Бывший председатель Еврокомиссии

Сейчас воспроизводится:

Жак Делор: Бывший председатель Еврокомиссии

Размер текста Aa Aa

“Падение Берлинской стены стало шоком, и было неясно, произойдет ли это в мирных условиях”

Жак Делор: “Это было большим счастьем – распахнуть объятия перед теми странами, которые выходили из ночи тоталитаризма” Двадцать лет назад рухнула Берлинская стена. Жак Делор называет это “шоковым событием” для Европы и всего мира. Председатель Еврокомиссии тогда находился на переднем плане. Он был привилегированным зрителем при этом историческом событии и действующим лицом в управлении его последствиями. В беседе с корреспондентом euronews Жак Делор возвращается к тем дням и неделям, которые открыли Европе путь к объединению. Он также делится своими впечатлениями о Европе сегодняшней и ее подготовке к завтрашнему дню. euronews: “Добрый день, господин Делор”. Жак Делор: “Здравствуйте”. euronews: “Через несколько дней мы будем отмечать 20-ю годовщину падения Берлинской стены. В 1989 году вы были председателем Еврокомиссии. Какой была атмосфера в дни, предшествовавшие этому событию?” Жак Делор: “Внимание всех членов Еврокомиссии было сосредоточено на развитии событий. Много шагов к демократии сделала Польша, были манифестации в Восточной Германии, в частности, в Лейпциге, наконец, восточные немцы, которые через Венгрию пытались перебраться в Австрию. И это стало возможным благодаря решению господина Горбачева”. euronews: “Вспомним этот день 9 ноября 1989 года. Стена падает. Где вы были, когда вы узнали об этом событии? Какими были ваши личные ощущения от этого события и каковы были политические ощущения как председателя Еврокомиссии?” Жак Делор: “Это событие было шоком, и было неясно произойдет ли это в мирных условиях. Вы никогда не знаете, что это может дать, какой будет реакция полиции, коммунистических лидеров. Одним словом, мы очень внимательно следили за тем, что происходило. И очень важными были следующие недели. Во-первых, потому, что канцлер Коль, Горбачев и бывший президент Соединенных Штатов господин Буш-старший активизировали контакты для предотвращения инцидентов, которые могли бы привести к гибели десятков тысяч людей. Мы, со своей стороны, также рассуждали над тем, как это произойдет. Главы государств и правительств встретились в Елисейском дворце, поскольку это было во время французского председательства. И там пришлось объяснять, что нет никаких беспокойств в связи с тем, что происходит, ведь были и те, кто испытывал страх перед воссоединением Германии. И мы довольно много поработали в этом плане. А в апреле 1990 года все европейское сообщество того времени признало стремление немцев к воссоединению”. euronews: “Как председатель Еврокомиссии, какую позицию вы заняли, что именно вы делали?” Жак Делор: “12 ноября я ответил на вопросы немецкого телевидения и сказал тогда, что у восточных немцев есть свое место в Европе. Так что я, несомненно, был первым, кто произнес эту фразу в Западной Европе. И в то же время я сказал канцлеру Колю: “Так как у восточных немцев нет вашего уровеня жизни, вашего уровеня развития, я готов предложить Евросоюзу взять на себя часть бремени”. На что Коль ответил: “Нет, это будет плохо в глазах моих партнеров, я должен убедить их, что объединенная Германия не изменит европейскую политику”. Если коротко, то, что мы сделали, – это предложили, чтобы политика регионального развития, которая финансируется из бюджета Евросоюза, распространилась и на восточные земли Германии. Я сам туда ездил с моими партнерами в июле-августе 1990 года и за два месяца были представлены конкретные программы, касающиеся этих восточных земель, что конечно, было хорошо вопринято всеми”. euronews: “В стенах Евросоюза действительно была реальная озабоченность в связи с происходящим объединением?” Жак Делор: “Это правда, что в других странах возникали вопросы. Ну, например, такой: “Будет ли немец из Берлина таким же, как немец из Бонна для европейского строительства?” euronews: “Какие уроки вы вынесли из того периода?” Жак Делор: “Во-первых, то, что касается условий воссоединения. Я считал их рискованными. Они стоили немцам очень дорого с точки зрения государственных расходов, но, я думаю, что решение, принятое канцлером Колем, в частности, в отношении валюты Восточной Германии, было хорошим решением. Во-вторых, я всегда считал, что Европа, маленькая Европа не создана только для себя самой, она создана для того, чтобы отвечать на вызовы истории, и для меня это было большим счастьем – распахнуть объятия перед теми странами, которые выходили из ночи тоталитаризма”. euronews: “По истечении двух десятилетий, есть ли у вас сожаление по поводу каких-то принятых решений?” Жак Делор: “Я бы предпочел, чтобы европейское сообщество взяло на себя большую часть бремени, но, как я уже сказал, канцлер Коль отказался. И затем, будучи очень открытым к расширению, будучи его сторонником, я призвал сообщество привести в порядок наш общий дом, чтобы принять еще десять стран. Но, к сожалению, я потерпел неудачу. Я предложил это на европейском саммите в Лиссабоне в 1992 году, но главы государств меня не поддержали. Так что я сожалею, что мы, прежде чем осуществлять расширение, не подготовили наш дом и не подумали над тем, какой будет Европа двадцати пяти или двадцати семи”. euronews: “Сейчас в Евросоюзе насчитывается 27 членов, вскоре может быть больше. Она на пороге новой эры – принятия Лиссабонского договора, который недавно на референдуме одобрили ирландцы. Что вы чувствуете в связи с этой новой главой, которая открывается для Европы?” Жак Делор: “Мне кажется, что если мы хотим жить вместе – 27 стран, а завтра – и больше, необходимо, чтобы управление Евросоюзом было на высоте. И важно, чтобы каждый институт играл свою роль”. euronews: “То есть, по-вашему, Лиссабонский договор – не самое верное направление?” Жак Делор: “Нет, я проголосовал за, но я очень сдержанно отношусь к созданию поста постоянного президента Европейского Совета. Идеальным решением было бы, если бы правительства пересмотрели роль Еврокомиссии, и она стала бы тем органом, каким должна быть, чтобы Европейский Совет, саммиты глав государств не вмешивались во все вопросы. Чтобы они просто обозначали основные направления или основные принципы политики в простой форме. Тогда бы это могло работать. И я повторяю, то, как делать – так же важно, как и то, что делать”.

Берлинская стена: ru.euronews.net/1989-2009