Срочная новость

Сейчас воспроизводится:

К. Мунджиу: европейское кино заставляет думать, но понять его сложно


Мир

К. Мунджиу: европейское кино заставляет думать, но понять его сложно

В прошлом году жюри Каннского фестиваля неожиданно вручило Золотую пальмовую ветвь фильму “4 месяца, 3 недели и 2 дня” румынского режиссера Кристиана Мунджиу. Малобюджетная лента рассказывает историю двух женщин накануне падения коммунизма в Румынии. Одна из героинь пытается сделать аборт. Год спустя Кристиан Мунджиу вернулся на набережную Круазетт в качестве президента 6-го Европейского дня кино. Мероприятие под эгидой ЕС курируют комиссар по телекоммуникациям Вивиан Рединг и глава Еврокомиссии Баррозо.
Несмотря на свой новый статус и как минимум общеевропейское признание, Мунджиу до сих пор удивляется успеху своего фильма. О том, какие проблемы – прежде всего коммерческие – стоят перед европейским кино, он рассказал в интервью телеканалу “ЕвроНьюс”.

“ЕвроНьюс”: В прошлом году вы получили Золотую пальмовую ветвь. Стало ли это началом большого пути для вашего фильма?

Мунджиу: По большей части именно из-за Пальмовой ветви моя картина вышла в прокат во многих странах. Но важно отметить, что фильм вызвал огромный резонанс в прессе еще во время Каннского кинофестиваля. Все это помогло мне представлять мой фильм в разных странах, и я осознал, что во всем мире уважение к Золотой пальмовой ветви просто невероятно. Часть этого почтения досталась и мне. На самом деле, главная проблема – это ленты, у которых нет шанса завоевать столь важную награду. Мы должны сделать все, чтобы они вышли в прокат, потому что у этих локальных фильмов есть европейская аудитория: эта аудитория не слишком широка, она не совпадает, так сказать, с аудиторией кинотеатров-мультиплексов. Мы должны помочь людям, которые хотят продвигать такое кино, организовать прокат, пусть и ограниченный, и помочь в популяризации культурного разнообразия, о котором мы столько говорим…

“ЕвроНьюс”: Что вы думаете о разнообразии европейского кино? Есть ли какие-то общие критерии – или это просто совокупность национальных кинематографов?

Мунджиу: Нельзя всерьез говорить о каких-то единых критериях. Каковы критерии искусства, вы можете сказать? На мой взгляд, единственная характерная особенность европейского кинематографа в том, что он не является американским, то есть, мейнстримовским. Но, помимо этого, фильмы сильно отличаются друг от друга, причем различия зависят не только от страны – даже ленты, снятие в одном государстве, могут радикально различаться. Это и есть аргумент в пользу поддержки разнообразия кинопроизводства. Мы не боремся с мейнстримом, он есть и будет всегда, но существует немало людей, которые хотят смотреть кино, альтернативное блокбастерам.

“ЕвроНьюс”: Критики, особенно в прошлом году, много говорили о новом поколении режиссеров из Центральной и Восточной Европы. Есть ли у этого реальная основа?

Мунджиу: На самом деле, достаточно часто появляются интересные работы режиссеров, которые снимают свой первый или второй фильм. Они еще полны свежих идей, им есть что сказать. А нынешняя система финансирования кино в Восточной Европе позволяет людям находить деньги на первую ленту. Наверное, поэтому мы видим волну фильмов оттуда, сделанных режиссерами, которым еще нет сорока.

“ЕвроНьюс”: Что сложнее сегодня: найти деньги и снять кино – или прокатывать его?

Мунджиу: Ну, честно говоря, не так уж трудно найти деньги на съемки фильма, если бюджет не превышает 1 миллиона евро. Нетрудно, когда вы ищете деньги и при этом и приглашаете звезду и планируете делать крупнобюджетную картину. А вот для фильмов, которые находятся между этими крайностями, отыскать деньги очень сложно. И, признаться, сложнее сегодня выпустить европейский фильм в прокат за границей, чем снимать и продюссировать его вместе с кем-то.

“ЕвроНьюс”: Какие задачи стоят перед европейскими режиссерами, которые хотят привлечь внимания зрителя и продать свою ленту за рубежом?

Мунджиу: Самое важное, о чем должны помнить европейские режиссеры – это то, что у их фильмов есть свой зритель, и работать нужно для него. Нельзя замыкаться в своем кругу, говоря, что актеры и режиссеры делают кино для себя. Но мы также должны просвещать зрителей во всем мире, помогать им понимать такие фильмы, потому что некоторые из этих картин смотреть не так уж просто. Кино не обязано быть развлекательным. Иной раз европейские фильмы заставляют выслушать историю о чьих-то проблемах, такие фильмы помогают нам решить наши собственные проблемы. Но вот понять их непросто.

“ЕвроНьюс”: Есть ли у кино по-прежнему политическое влияние?

Мунджиу: Да, думаю, есть. Я не говорю, что мир можно изменить с помощью фильмов, я больше так не думаю. Но кино по-прежнему может воспитывать людей, по возможности, объединять их, объяснять им, что где бы вы не жили, – в Южной Африке, Тайване или в Азии – когда вы смотрите фильм, вы понимаете, что на самом деле люди не так уж отличаются друг от друга. Кино – средство общения, оно объединяет людей, и это – самое удивительное в кинематографе!

“ЕвроНьюс”: В некоторых странах Европы становится все меньше и меньше кинотеатров. А как с этим в Румынии?

Мунджиу: Честно говоря, так себе. Именно поэтому после Канн в прошлом году я решил, что не могу оставаться в стороне. После Каннского кинофестиваля я решил самостоятельно выпустить свой фильм в румынский прокат, чтобы начать борьбы с закрытием кинотеатров. У нас осталось меньше 50-ти кинотеатров в стране с 20-миллионным населением, и поэтому я просто физически не могу расширить аудиторию. Так что я сделал романтический шаг. Я организовал караван, как 100 лет назад, который за месяц объехал всю Румынию, мы показывали фильм с помощью передвижного проектора. В городах, где кинотеартов уже не осталось, результат был невероятным!