Срочная новость

Что происходит в Ираке?

Сейчас воспроизводится:

Что происходит в Ираке?

Размер текста Aa Aa

Борьба за власть? Племенной конфликт? Или религиозная война? Всего по-немногу, включая сопротивление военному присутствию США. Положение обострилось в конце февраля, когла врывом была уничтожена святыня шиитов мечеть Аль-Аскария в Самарре. В ответ по стране прокатились погромы суннитских мечетей, сотни суннитов были убиты. Сложный процесс формирования нового правительства страны был сорван.

Ирак всегда был разделен на этнические и религиозные общины. Во власти при Саддаме Хусейне были сунниты, по численности уступающие в масштабе страны шиитам, на севере страны – курды. После взрыва в Самарре объектами нападения стали суннитские мечети в багдадских пригородах неподалеку от шиитского района Садр-сити. Напрасно лидеры обеих конфессий взывали к примирению, говоря, что рознь – на руку врагам Ирака. Наряду с религиозной враждой Ирак сотрясают нападения на государственные учреждения новой власти. Глава Пентагона Дональд Рамсфелд считает, что корни проблемы – в саддамовском прошлом: “Я не считаю, что в Ираке сегодня идет гражданская война. Там всегда были предпосылки к гражданской войне, страна удерживалась репрессивным режимом, который уничтожал сотни тысяч недовольных и зарывал их в массовых захоронениях”. Режим Саддама Хусейна не подлежит защите. Но методы избавления от него тоже вызывают вопросы. Иракское сопротивление считает новую власть марионеткой США. Ее влиятельный представитель Джаляль Талабани – курд. Он пытается стать осью баланса между суннитами и шиитами. Но сами эти группы политически неоднородны. Шиит Ибрагим Аль-Джафари стремится получить второй мандат премьер-министра. Его Объединенный иракский альянс обладает большинством в парламенте. Против его кандидатуры выступают и сунниты, и курды. В декабре сунниты вышли на парламентские выборы многопартийной коалицией, но остались в меньшинстве. Но реальным авторитетом в Ираке обладают не политики, а религиозные лидеры, у которых есть собственные вооруженные формирования. Если Дональд Рамсфелд прав, то управлять такой страной может только диктатор.